Азербайджан мои права

Как проблема домашнего насилия в Азербайджане стала политической

Азербайджан мои права

Магеррам Зейналов Би-би-си, Баку

Image caption Акция протеста возле памятника поэтессе XIX века Хуршидбану Натаван в Баку

В Азербайджане дочь известного оппозиционера заявила, что отец бил ее, сестру и мать. Сторонники оппозиции стали искать в ее поступке политические мотивы. В стране, где сильны традиционные ценности, общество неожиданно стало обсуждать проблему домашнего насилия.

Воскресный день в центре Баку. У памятника поэтессе XIX века Хуршидбану Натаван в благополучном районе города между дорогими бутиками и модными кофейнями группа девушек скандирует: “Нет семейному насилию!”

Одна из них поднимает плакат, но к ней тут же подбегает полицейский, выхватывает и рвет его.

Небольшая толпа протестующих окружена несколькими десятками полицейских, случайными прохожими и зеваками. Полиция требует, чтобы девушки разошлись, но те не реагируют. Тогда полицейские хватают протестующих и ведут к автозакам.

На одну из девушек набрасываются сразу трое полицейских, выкручивают ей руки, нагибают почти к земле и тащат к машине. Та падает, полицейские ее поднимают и ведут дальше. Двое из стражей порядка – женщины.

Несовершеннолетнюю девушку в джинсовой куртке зовут Сянай Ягмур. Ее мать Зумруд на этой акции тоже задержали.

В конце октября в Баку прошли сразу две акции протеста. Участники первой требовали ратификации конвенции Совета Европы о борьбе с домашним насилием и насилием в отношении женщин (так называемая Стамбульская конвенция). На второй акции оппозиция призывала власти разрешить протесты в центре города.

Media playback is unsupported on your device

«Свобода» и «Отставка». Жесткие задержания протестующих в Баку

Обе акции разогнала полиция. Их организаторы, хоть и выступают с критикой властей, сами оказались по разные стороны баррикад. Азербайджанское общество разделилось не только на тех, кто поддерживает власть или оппозицию, но на тех, кто допускает или не допускает домашее насилие.

Как одна семья расколола оппозицию

У Зумруд Ягмур есть еще одна дочь – Сельджан. В сентябре она в своем “Фейсбуке” обвинила отца в том, что он – “преступник, который ломал колено собственной дочери и пальцы жене”. Она написала, что отец бил ее, мать и сестру на протяжении 10 лет.

Это была бы одна из многих таких историй, если бы не одно “но”. Отец Сельджан Фуад Гахраманлы – известный в стране оппозиционер и второй человек в партии “Народный фронт Азербайджана”.

Гахраманлы также проходил по делу о беспорядках в селе Нардаран и в 2017 году был приговорен к 10 годам лишения свободы, однако в марте этого года был освобожден по распоряжению президента страны Ильхама Алиева. Правозащитники из Amnesty International называли Гахраманлы “узником совести”.

Когда его дочь написала пост о насилии, он заявил, что она просто “драматизирует”, и ничего подобного в его семье никогда не происходило. Азербайджанской службе Би-би-си Гахраманлы заявил, что утверждения о том, что он применял насилие в отношении членов своей семьи, являются безосновательными.

“Поскольку я был в тюрьме, я не участвовал в воспитании дочерей”, – заявил он.

После поста Сельджан многие пользователи соцсетей начали обвинять девушку в попытках “вынести сор из избы” и говорить, что теперь власти используют этот повод, чтобы снова посадить отца в тюрьму. Некоторые начали писать, что в семейном насилии нет ничего особенного.

“Бьют и бьют, мир же от этого не рушится, – пишет пользователь “Фейсбука” Елена. – Зачем об этом рассказывать, ругать отца? Каждый человек в жизни хоть раз бывает бьющим или битым”.

“Разве это подвиг – выставлять на суд общественности семейные дела? В какой семье не бывает проблем? – пишет другой пользователь, Туран. – От Обамы до Линкольна и Тэтчер, у всех политиков в семье были проблемы”.

Однако многие, напротив, поддержали Сельджан.

В октябре Генеральная прокуратура Азербайджана возбудила против Фуада Гахраманлы уголовное дело по статье о нанесении побоев двум и более лицам, в том числе несовершеннолетнему.

В разгар скандала члены правления Партии Народного Фронта стали размещать свои фотографии с Фуадом Гахраманлы, что активисты за права женщин расценили как поддержку домашнего насилия.

Зампредседателя партии Бахтияр Иманов написал пост, в котором действительно выразил поддержку Гахраманлы как “борцу с режимом”, но признал, что ему самому было известно об “инцидентах” в семье Фуада, и он предлагал решить проблему разводом.

Правообладатель иллюстрации AXCP Image caption Фуад Гахраманлы сказал, что его дочь “драматизирует”

Стереотипы оказались сильнее

Политический обозреватель Шахин Рзаев говорит, что если раньше на нарушения прав женщин смотрели как на обычный криминал, то 2019 год стал переломным.

По мнению эксперта, история с семьей Гахраманлы поставила оппозиционеров перед выбором: права человека или “традиционные ценности”.

“Не все оппозиционеры смогли выдержать этот серьезный экзамен. У некоторых стереотипы оказались сильнее, – говорит Рзаев. – К некоторым людям я не то чтобы поменял отношение, но подумал, что если они придут завтра к власти, что же тогда с нами будет?”

По его мнению, власти не смогли использовать эту историю для раскола оппозиции, поскольку предпочитают “более традиционные методы”. К тому же, история семьи Гахраманлы стала для властей, по мнению эксперта, полным сюрпризом.

Глава комитета по социальной политике партии “Республиканская альтернатива” Тогрул Машаллы считает, что раскол вокруг этой истории невыгоден власти, так как власти не любят споры и дискуссии в обществе.

“Дискуссии по конкретным вопросам требуют от властей реакции, а Стамбульская конвенция требует конкретного мнения, – говорит Машаллы, – Да, власти могут этим воспользоваться, но “воспользоваться случаем” и “на руку” – это разные вещи”.

“Если ранее оппозиция требовала просто свободы выборов, то феминисты ввели конкретику в виде Стамбульской конвенции, – добавляет он, – А когда вдруг пришла конкретика, то произошел раздел из-за отношения к этой конкретике”. Причем, по его словам, произошло это не только в сфере прав женщин.

“Раньше на митингах просто кричали “Свобода!”, а что за свобода и от кого – непонятно”, – говорит он. А в октябре, как он отмечает, оппозиция вышла на митинг с конкретным требованием допустить акции в центре города.

“Появилось в этом году и требование освобождения конкретного Мехмана Гусейнова [известный блогер, вышедший на свободу вскоре после многотысячного митинга в его поддержку в начале этого года] а не политзаключенных в целом”, – отмечает Машаллы.

Image caption Раньше на митингах просто кричали “Свобода!”, теперь же стали выражать конкретные социальные требования, говорят активисты

“В советское время было так, что парторганизация решала семейные вопросы, устраивали товарищеские суды. Я думаю, туда возвращаться все-таки некрасиво”, – говорит член президиума “Народного фронта” Ирада Нариман.

По ее мнению, этим конкретным семейным делом должна заниматься не партия, а правоохранительные органы и суд: “Это должно решаться там, и это не имеет отношения к его политической деятельности или партии”.

Она также отмечает, что Фуад Гахраманлы сам подал в отставку и не является больше заместителем председателя партии. В настоящий момент он находится в тюрьме, после того как его приговорили к 15 суткам ареста по обвинению в хулиганстве.

“Я не думаю, что эта история привела к какому-то расколу, я думаю его рейтинг не упал, и он по-прежнему член нашей партии”, – говорит она.

По словам Нариман, партия борется за права человека вообще и женщин в частности: “Мы не думали о том, что обходим вопросы прав женщин, мы 30 лет боремся”.

Почему это важно?

По данным госкомстата Азербайджана, в 2018 году в стране было зафиксировано 1175 случаев домашнего насилия. В результате этих действий погибли 47 человек.

В глобальной базе данных случаев насилия против женщин, которую составляет ООН, Азербайджан занимает 86 место в индексе гендерного неравенства.

По данным ООН, около 14% женщин хотя бы раз в жизни сталкивались с насилием со стороны близкого партнера, а 11% женщин вышли замуж в несовершеннолетнем возрасте.

Лейла Гасанова, которая занимается исследованиями гендерных вопросов, говорит, что статистика ООН показывает, насколько серьезна проблема соблюдения прав женщин в Азербайджане. И общество в последнее время стало активнее обращать внимание на эту проблему.

“Результат этой активности – в том, что женщинам, подвергающимся насилию, уделяется больше внимания, – говорит исследователь, – Освещение случаев насилия в СМИ по сравнению с прошлыми годами стало заметнее и обсуждается больше”.

“Что касается гендерного равенства, то вы, наверное, знаете, что Азербайджан принял закон, связанный с гендерным равенством, и Семейный кодекс. В настоящее время мы рассматриваем Стамбульскую конвенцию.

Против нее у нас нет никаких возражений. Приехав в Баку, вы сами увидите, что женщины обладают одинаковыми правами.

Это очень отрадно”, – говорил президент Азербайджана Ильхам Алиев на заседании ПАСЕ в 2014 году.

Однако, как говорят специалисты, законы работают не всегда. Юрист Самира Агаева напоминает, что в стране есть закон о борьбе с бытовым насилием, а также соответствующие статьи в уголовном кодексе, множество подзаконных актов и инструкций для органов, которые должны работать с жертвами домашнего насилия.

“Но, как правило, эти дела не доходят до конца, потому что полицейские часто уговаривают женщину не доводить дело до суда”, – говорит она.

Почему Азербайджан не ратифицировал Стамбульскую конвенцию?

11 мая 2011 года в Стамбуле была принята конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием. Большинство стран-членов Совета ее ратифицировали, но не Азербайджан.

Бывший депутат, член Национального совета демократических сил Гюльтакин Гаджибейли говорит, что “не понимает упрямое нежелание азербайджанской власти подписывать Стамбульскую конвенцию”.

“Обычно по этим темам Азербайджан выступает с более уступчивой позиции, так как это не политическая тема, – говорит она. – Это вопрос прав женщин, составляющих половину общества, и это очень чувствительная тема”.

Гаджибейли говорит, что азербайджанское правительство неоднократно заявляло, что в стране нет проблем с правами женщин. “Подписать конвенцию – значит вывести проблемы женщин в открытое пространство”, – говорит политик.

Член комитета по правовой политике при парламенте страны Агия Нахчыванлы говорит, что перед ратификацией текст конвенции следовало бы представить на обсуждение общественности. По ее мнению, конвенция – “не тот документ, который нужно принимать срочно”.

“По этому вопросу все пункты находят свое отражение в различных законах, и все управляется этими законами. Женщины, пострадавшие от насилия, обращаются в полицию, их жалобы рассматриваются”, – уверена депутат.

Азербайджан – не единственный член Совета Европы, который не ратифицировал конвенцию. 1 ноября в соседней Армении (которая подписала, но не ратифицировала ее) перед зданием парламента прошла акция против ратификации Стамбульской конвенции.

Участники акции заявили, что документ “противоречит системе ценностей Армении”.

Источник: https://www.bbc.com/russian/features-50335407

Ильгар Мамедов: «Когда я садился в тюрьму, у нас были сотни активистов. Теперь их тысячи»

Азербайджан мои права

Любой авторитарный режим приводит к тому, что в стране появляются политические заключённые.

В Азербайджане власть не меняется уже несколько десятилетий — но и в этих условиях находятся люди, которые пытаются бороться с системой цивилизованными методами.

Наталья Корченкова поговорила с бывшим азербайджанским политзаключенным Ильгаром Мамедовым — о годах в колонии, проверке европейских институтов на прочность и о том, что может поддержать, когда оказываешься в тюрьме за свои убеждения.

в соцсетях:

Власть в Азербайджане уже несколько десятилетий находится в руках одной семьи.

На смену национальному лидеру Гейдару Алиеву пришел его сын Ильхам: в 2018 году он уже в четвертый раз одержал победу на президентских выборах с результатом 86%.

Ранее специально под него было снято ограничение на количество президентских сроков для одного лица, а срок полномочий увеличен до семи лет. Жена Ильхама Алиева Мехрибан в 2017 году стала первым вице-президентом страны.

Азербайджанский оппозиционный политик Ильгар Мамедов поступал на истфак МГУ еще при советской власти, а окончил его, когда страна распалась на 15 суверенных и несколько непризнанных государств.

Уже в 1990-е годы он выступал за евроинтеграцию Азербайджана, сотрудничал с рядом национальных и международных организаций. Сейчас Мамедов — лидер движения «Республиканская альтернатива» (ReAl).

В начале 2013 года он объявил о выдвижении в президенты Азербайджана, но вскоре был арестован по обвинению в организации массовых беспорядков и оказании сопротивления полиции с применением силы.

Мамедова осудили на семь лет — из них он провел в заключении пять с половиной, несмотря на международный резонанс и решение Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Выйдя на свободу, Мамедов продолжил заниматься политикой и готовится к новому электоральному циклу.

На шествии в Баку, за месяц до ареста. из личного архива

Верно. Как и до заключения, продолжаю заниматься политической деятельностью. Меня арестовали за восемь месяцев до президентских выборов в 2013 году. Из-за этого пришлось пропустить и парламентские выборы 2015-го, и еще одни президентские выборы 2018 года. Их передвинули, чтобы они прошли за шесть месяцев до моего выхода на свободу.

Сейчас до 2024 года я не имею права выдвигаться ни на какой пост из-за формально остающейся судимости. Но в мае 2019 года Большая палата ЕСПЧ приняла решение, согласно которому Верховный суд Азербайджана должен признать мое уголовное преследование незаконным. А это означает, что скоро я буду полностью восстановлен в правах и смогу принимать участие в выборах.

ЕСПЧ. coe.int

Если решение не будет исполнено, то это будет самый вызывающий случай за всю историю Европейского суда. Чтобы понять, почему это случай исключительный, надо знать как работает Евросуд.

Он принимает решение декларативного характера, а затем Комитет министров Совета Европы определяет список мер, необходимых к осуществлению во исполнение этого решения.

Случаи, когда Комитет министров предписал меру, но она не была претворена в жизнь, — есть.

Но до моего дела не было случая, чтобы Комитет министров применил 46 статью Европейской Конвенции по правам человека, то есть сам пожаловался на неисполнение в Большую палату ЕСПЧ — и она подтвердила правоту Комитета (если сторона отказывается подчиниться окончательному постановлению по делу, Комитет вправе передать на рассмотрение суда вопрос, не нарушила ли эта сторона свое обязательство. — прим. К29). Я информирован об интенсивных переговорах между Советом Европы и властями Азербайджана, в результате которых правительство Азербайджана убедят, что реализовать это решение в полном объеме необходимо.

Конечно.

Никогда! Ни в день ареста, ни в другие моменты. В 1998 году, когда мне было 28 лет, я окончательно решил, что буду заниматься политической деятельностью. Это мой осознанный выбор, и в общем-то, никакого сожаления об этом не могло и быть.

1988 год: стройбат. из личного архиваНачало политического пути в 90-х. из личного архива

Я насчитал восемь мест, где я содержался под стражей — где-то я провел день, где-то неделю, а где-то годы. Были условия, в которых я каждое утро просыпался от визга пробегающих по камере крыс. Были условия, которые внешне могли бы показаться более приемлемыми, но на самом деле там ничего хорошего не было: например, было чисто, но очень холодно или очень жарко.

Самое долгое время я провел в колонии. В бараке площадью 50 с небольшим квадратных метров нас было 28 человек. Разрешали смотреть телевизор, а первое время и слушать радио на коротких волнах. Я ловил «Радио Свобода» на русском языке. Слушал его каждый день утром и вечером.

Прямо как в конце 1980-х — начале 1990-х, когда я жил в Москве. Научился брать аккорды на гитаре… Правда, через три месяца ее отняли, когда увидели, что у меня есть прогресс.

Прямо так и сказали: «Если наверху узнают, что ты здесь набрался положительного опыта, то нас у всех полетят головы».

Нет. Там есть какие-то мастерские, но это по желанию. У нас в колонии было 1400 человек, но работали всего несколько. Жизнь режимная: просыпаешься, поел, почитал книгу, посмотрел кино, ТВ, обсуждаешь что-то, стараешься узнать из всех возможных источников как можно больше информации. Самая ценная вещь на зоне — информация. Самая недорогая вещь — это время. У всех его много.

Зависит от того, как посмотреть на это. Пенитенциарная система очень коррумпирована, ты платишь всем и всюду. Для обычного заключенного и его семьи это разорительно. Я сразу сказал, что ни копейки никому я платить не буду. И наши надзиратели, учитывая мой статус, даже не решались вымогать взятки.

С другой стороны, я сталкивался с коррупционной дискриминацией: например, все заключенные за небольшую взятку могли звонить своим близким каждый божий день, мне же давали как положено — только два раза в неделю по 15 минут.

Кроме того, на меня были физические атаки: однажды очень неожиданно ко мне подошел сзади другой заключенный, подосланный сотрудниками колонии, и дал мне три подзатыльника.

Затем, когда этого оказалось недостаточно, меня избили — уже надзиратели.

За то, что отказывался подписывать обращение о помиловании. Для этого нужно признать вину. Это было, конечно, неприемлемо.

Это произошло 16 октября 2015 года и после этого инцидента ко мне больше ни разу не применялось физическое насилие — видимо, так повлияла моя реакция.

Они поняли, что избиением из меня ничего не вытянуть, и после этого просто содержали за решеткой, как и всех, то есть особо уже не приставали.

 Я дважды в неделю звонил домой, раз в две недели встречался с супругой и дочкой. То есть конечно же, семья. Поддерживал меня и эмоциональный настрой на борьбу. Меня арестовали 4 февраля 2013 года, а уже 25 февраля мое очень подробное обращение в ЕСПЧ на английском языке лежало в Страсбурге.

Первые три недели я провел, работая со своим адвокатом над составлением этого обращения, и именно благодаря ему мы выиграли первое, главное дело.

Я постоянно был занят: подготовкой к следующему квартальному заседанию Комитета министров Совета Европы, заседанию Парламентской ассамблеи, организацией общественного давления на международные структуры.

Сразу же после освобождения я сказал, что без членства Азербайджана в Совете Европы, я бы, возможно, не выжил в этой тюрьме. Но дело в том, что Совет Европы создавался не для того, чтобы обеспечивать выживание политзаключенных в тюрьмах. Он создавался для того, чтобы политзаключенных не было в принципе.

Скорее всего, я занимался бы политикой иначе. Может быть, подошел бы вообще с другой стороны, сформировав крыло внутри правящей партии, как это происходит во всех централизованных режимах. Но раз уж мы вошли в политику как европейские политики, то давайте тестировать, на что эта европейская институция способна.

Когда есть Конвенция [о защите прав человека и основных свобод], которая тебя защищает, то пара лет тюрьмы — это цена, которую ты готов платить, зная о последующей неизбежной реабилитации. Два года это самое большое. К сожалению, я провел в тюрьме пять с половиной лет, и даже не знал, когда меня освободят и освободят ли вообще.

Ильгар Мамедов выходит на свободу, 13 августа 2018 года. «Радио Свобода»

Совет Европы — это межправительственная организация, которая должна заниматься продвижением демократических ценностей.

Но в последнее время вопросы суверенитета выходят там на первый план.

В уставе Совета Европы есть положение о том, что страны должны искренне сотрудничать в вопросах обеспечения прав человека — не суверенно сотрудничать, а искренне. Это разные вещи.

Да, верно. И я об этом много писал. Было даже, что те 15 минут, что я должен был говорить с семьей по телефону, я тратил на диктовку своих предложений в Совет Европы.

Потом там было разворошено коррупционное гнездо: несколько членов Парламентской Ассамблеи оказались под санкциями — как раз за нечестные связи с азербайджанским правительством.

Некоторые из азербайджанских официальных лиц посещали меня в тюрьме и пытались создать у меня ощущение безнадежности, бесполезности, бессмысленности борьбы: «У нас там все схвачено».

Но были и те — даже среди очень высоких чинов — кто скрытно мог прошептать: «Держись». И ты понимаешь, что раз так говорит один, второй, третий, то так думает гораздо больше людей, чем кажется. Эти вещи подчас питают серьезную мотивацию к сопротивлению. Дать задний ход было уже нельзя. Я видел людей, которые сдавались, а потом было трудно на них смотреть.

Признать несуществующую вину и уйти из политики. Конечно, они могли сделать со мной все, что угодно. Но я решил делать максимум того, что от меня зависит.

Было. Страшнее всего было в 2013 году, через несколько месяцев после того, как меня посадили. То есть еще до приговора.

Тогда начали оказывать давление на мою супругу: якобы она пыталась протащить телефон ко мне в тюрьму, и за это на нее открыли уголовное дело.

Дали мне бумагу и сказали: пиши обращение о помиловании, либо твоя супруга тоже пойдет за решетку. Я очень нервничал, но сказал, что ничего подписывать не буду. И это было нелегко.

Вот именно! Им не нужна была формальная процедура, им нужен был акт унижения, они просто говорили: «Пиши просьбу о помиловании президенту лично». Я не подписал. Бил стены в камере от злости.

В этот день я вышел к телефону и позвонил супруге, а ее мама мне говорит: «Она уехала на полицейской машине, на звонки не отвечает». Я позвонил другому человеку, более молодому и расторопному. Этот человек дозвонился. Через этот контакт я велел супруге срочно выходить из машины.

Она подняла шум, майор сказал, мол, нет, «это не арест, можете уйти». Она вышла из машины и ушла домой. Я знаю, куда ее везли.

Если бы им удался и этот арест, то это могло бы вызвать такую реакцию, что это обошлось бы властям гораздо дороже. Из-за моего уголовного дела они и так очень много потеряли.

На выставке с дочкой. Вскоре после освобождения в 2018 году. из личного архива

Когда какие-то активисты и журналисты убеждали общественность, что я буду освобожден в ближайшее время. Этого делать нельзя.

Если же это делается, значит, это служит каким-то тактическим целям властей — например, спровадить в позитивном ожидании очередную международную наблюдательную миссию. Обычный заключенный знает, что получил семь лет и через семь лет он точно выйдет — возможно, даже раньше. Политзаключенный же находится в полной неизвестности, ему могут, наоборот, добавить срок.

В моей ситуации, когда я активно боролся, применяя все процедуры Совета Европы, я постоянно ожидал, что может быть какое-то улучшение. И хуже, чем это ожидание, нет ничего.

В тюрьме много тех, кто попал туда в силу жизненных обстоятельств, не всегда справедливо. Очень много людей со сложными судьбами. Когда я вышел на свободу, я сразу сказал журналистам, что нужно избегать стигматизации бывших заключенных. К сожалению, в криминальной хронике часто говорят: кто-то, прежде судимый, совершил такое-то преступление.

Ну какое отношение имеет к делу, что человек был прежде судимый? В общем, там проблема на проблеме — и в том, что касается самой системы исполнения наказаний, и общественного восприятия этой системы. Очень важна семейная солидарность, если семья будет превращать человека в изгоя, то это самое плохое, что с ним может случиться.

Потому что в этом случае он будет творить преступления дальше и дальше.

Ильгар Мамедов на митинге в поддержку политзаключенных в Баку 19 января 2019 года

 Я не думаю, что они изменились. Конечно, были всякие случаи: я помню, скажем, что мы с кем-то были друзьями на , а я вышел и обнаружил, что уже — нет. Может, они испугались за себя и близких.

Не могу судить никого за это. Но если говорить про самый близкий круг людей, то от них я увидел только солидарность, единство и никакого испуга.

А властям это больше всего и не нравилось — что наша партия не разбежалась, стала только сильнее.

Когда я садился в тюрьму, у нас были сотни активистов. Теперь их тысячи. Конечно, если бы я остался на свободе, все было бы еще лучше.

На шествии в Баку, 2019 год. из личного архива

Да. Когда меня сажали, Азербайджан производил около миллиона баррелей нефти в день, цена на нефть была очень высокая, около $130-150 за баррель. Когда я вышел, цена уже снизилась до $60, а производство упало на треть. Это ударило по населению.

Обозначилась критическая точка, после которой стало ясно, что дальше нефтяная экономика уже не потянет, нужно делать что-то другое. Мы об этом говорили всегда, но никто на нас не обращал внимания. Кроме того, теперь по-настоящему выросли люди, которые родились после 1990-го года. Это совсем другое поколение.

И оно мне нравится.

Интервью: Наталья Корченкова, иллюстрация: алина кугушева

Источник: https://team29.org/prisoners/ilgarmamedov/

Выгодные звонки в Азербайджан из Украины

Азербайджан мои права

  • Как сэкономить на международных звонках?

    Чтобы сэкономить на международных звонках, подключайте пакеты минут для звонков за границу – «Мир на связи», «Мир на связи базовый».

  • Сколько стоит отправить SMS из Украины за границу?

    Стоимость SMS- и MMS-сообщений на номера зарубежных операторов зависит от условий вашего тарифного плана. Пожалуйста, позвоните 477*1, чтобы проверить его условия.

  • Сколько стоят звонки на спутниковую связь?

    Для спутниковых операторов и операторов, которые предоставляют телекоммуникационные услуги в роуминге на морском и авиационном транспорте, независимо от сети пребывания, действует единый тариф:

    • исходящие звонки – 100,00 грн/мин;
    • SMS – 15,00 грн за сообщение.
  • Существуют ли номера, на которые не распространяется услуга?

    Тариф не распространяется при звонках на такие номерные емкости:

    Австрия, Албания, Алжир, Армения, Барбадос, Бельгия, Бенин, Болгария, Босния и Герцеговина, Буркина-Фасо, Великобритания, Германия, Греция, Джимбути, Эстония, Замбия, Зимбабве, Италия, Кипр, Кот-д'Ивуар, Латвия, Либерия, Литва, Македония, Мали, Марокко, Монако, Нигер, Палестина, Польша, Россия, Румыния, Сан Марино, Сербия, Сомали, Сьерра-Леоне, Тунис, Таджикистан, Франция, Чад, Черногория, Швейцария и Ямайка.

    Подробнее по ссылке.

    Стоимость звонков на указанные направления составит 20 грн/мин.

    Пожалуйста, обратите внимание. Для пользователей тарифов «Безлим Соцсети», «Безлим Мессенджеры», «Безлим », «Максимальный безлим 2019», «Максимальный безлим 300», «Максимальный безлим 400», «Максимальный безлим 500» и пакета «Звони как дома» при звонках на указанные номерные емкости Италии, Польши и России действует тариф согласно условий тарифного плана или услуги.

  • Для всех ли абонентов действуют эти тарифы?

    • Для пользователей тарифов Безлим Соцсети, Безлим Мессенджеры, Безлим , Максимальный Безлим 2019, Максимальный Безлим 300, Максимальный Безлим 400, Максимальный Безлим 500, Профессионал, Мир на связи, Общение без границ, Развлечения без границ, без границ, Максимальный Безлим, Дайте Еще!, Вкусный Безлим звонки за границу на некоторые направления тарифицируются согласно условиям тарифного плана.
    • Для пользователей тарифов Z-тариф, Z-тариф 2017, Все вместе Z, Дайте Ещё! и Максимальный Безлим 400 2018 действуют такие условия тарификации звонков за границу:
    НапрявлениеСтоимость, грн/мин
    Грузия, Россия и страны СНГАзербайджан, Армения, Беларусь, Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, Россия, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан20,00
    Европа и Северная АмерикаСтраны Европы:Австрия, Албания, Андорра, Бельгия, Болгария, Босния и Герцеговина, Великобритания, Венгрия, Германия, Гибралтар, Греция, Дания, Ирландия, Исландия, Испания, Италия, Канарские острова, Латвия, Литва, Лихтенштейн, Люксембург, Македония, Мальта, Монако, Нидерланды, Норвегия, Папский Престол (Ватикан), Польша, Португалия, Румыния, Сан-Марино, Сербия, Словакия, Словения, Фарерские острова, Финляндия, Франция, Хорватия, Черногория, Чехия, Швейцария, Швеция, Эстония.Страны Северной Америки:Аляска, Гавайские острова, Гренландия, Канада, Соединенные Штаты Америки25,00
    Азия, Африка и другие страныАзия:Афганистан, Бангладеш, Бахрейн, Британские территории в Индийском океане, Бруней, Бутан, Вьетнам, Гонконг, Йемен, Израиль, Индия, Индонезия, Иордания, Ирак, Иран, Камбоджа, Катар, Кипр, Китай, Корея (Южная Корея) Кувейт, Лаос, Ливан, Макао, Малайзия, Мальдивы, Монголия, Мьянма, Непал, Объединенные Арабские Эмираты, Оман, Пакистан, Палестина, Папуа-Новая Гвинея, Саудовская Аравия, Северная Корея, Сингапур, Сирия, Тайвань, Таиланд Турция, Филиппины, Шри-Ланка, Япония.Африка и Центральная Америка:Алжир, Американские Виргинские острова, Ангилья, Ангола, Антигуа и Барбуда, Аргентина, Аруба, Багамы, Барбадос, Белиз, Бенин, Бермудские острова, Боливия, Ботсвана, Бразилия, Британские Виргинские острова, Буркина-Фасо, Бурунди, Венесуэла, Восточное Самоа, восточный Тимор, Габон (дозвон временно закрыт), Гаити, Гайана, Гамбия, Гана, Гваделупа, Гватемала, Гвинея, Гвинея-Бисау, Гондурас, Гренада, Демократическая Республика Конго, Джибути, Доминика, Доминиканская Республика, Египет, Заир, Замбия, Западная Сахара, Зимбабве, Кабо-Верде Каймановы остро ва, К мерун, Кения, Колумбия, Коморские острова, Конго, Коста-Рика, Кот-д'Ивуар, Куба, Лесото, Либерия, Ливия, Маврикий, Мавритания, Мадагаскар, Майотта, Малави, Мали, Марокко, Мартиника, Мексика, Мозамбик, Монтсеррат , Намибия, Нигер, Нигерия, Нидерландские Антильские острова, Никарагуа, Остров Святой Елены, Панама, Парагвай, Перу, Питкэрн, Пуэрто-Рико, Реюньон, Руанда, Сальвадор, Сан-Томе и Принсипи, Свазиленд, Северные Марианские острова, Сейшелы, Сен -Пьер и Микелон, Сенегал, Сент-Винсент и Гренадины, Сент-Китс и Невис, Сент-Люсия, Сомали, Судан, Сурин ам Сьерра-Леоне, Танзания, Теркс и Кайкос, Того, Тринидад и Тобаго, Тунис, Уганда, Уругвай, Фолклендские (Мальвинские) острова, Французская Гвиана, Французские Антильские острова, Центрально-Африканская Республика, Чад, Чили, Эквадор, Экваториальная Гвинея, Эритрея Эфиопия Южно-Африканская Республика, Ямайка.Другие страны и территории мира:Австралия, Антарктида, Вануату, Гуам, Кирибати, Кокосовые острова, Маршалловы острова, Микронезия, Науру, Ниуэ, Новая Зеландия, Новая Каледония, Норфолк, Остров Рождества, Острова Кука, Палау, Самоа, Соломоновы острова, Такелау, Тонга, Тувалу, Уоллис и Футуна, Фиджи, Французская Полинезия.35,00

    Плата за соединение при совершении исходящего международного звонка – 0 грн.

    Плата за пакет нетарифицируемых минут снимается в первую секунду исходящего звонка. Стоимость первой секунды каждой минуты разговора равна указанной стоимости минуты. Стоимость всех последующих секунд указанной минуты в пределах разговора включена в стоимость такой первой секунды разговора.

  • Сколько раз в день абоненту предоплаты можно получить пакет минут?

    Максимальное количество пакетов в сутки — 50. После использования объёма минут первого пакета минут и дальнейшего осуществления звонков вам автоматически предоставляется следующий пакет и снятая уже плата за него.

    При использовании максимального количества пакетов до конца суток будет действовать тариф 5 грн за каждую минуту разговора.

  • Особенности тарификации звонков для абонентов предоплаченной связи, если на счету недостаточно средств

    Если на вашем счету недостаточно средств для оплаты за пакет минут, тарификация звонков будет осуществляться за каждую минуту разговора. Стоимость минуты — 5 грн.

    • тарификация за каждую минуту разговора активируется автоматически при входящем звонке;
    • об активации вам будет отправлено SMS-сообщение;
    • срок действия пакетов минут — до конца календарных суток (по киевскому времени);
    • стоимость первой секунды каждой минуты разговора равна указанной стоимости минуты. Стоимость всех последующих секунд указанной минуты в пределах разговора включена в стоимость такой первой секунды разговора;
    • для обновления пакетной тарификации после пополнения счёта наберите *567# или дождитесь ее автоматического обновления со следующего дня.
  • Источник: https://kyivstar.ua/ru/mm/international/dzvinki-v-azerbaydzhan

    Полиция в Баку жестко разогнала митинг за права женщин и против семейного насилия

    Азербайджан мои права

    Фото исчезнувших политиков Юрия Захаренко и Виктора Гончара, 24 ноября 2015 года

    Бывший сотрудник спецотряда МВД Беларуси (СОБР) в интервью Deutsche Welle рассказал, что участвовал в убийстве оппозиционных политиков – оппонентов Лукашенко в начале 2000-х годов. Сейчас он ждет политического убежища в одной из европейских стран.

    Издание отмечает, что не получило ответа на все свои вопросы, в некоторых ответах Гаравского “чувствуется недосказанность”. Однако он предоставил оригиналы и копии документов, подтверждающих его личность и историю.

    В интервью DW Гаравский рассказывает, что в 1999-2003 годах, будучи бойцом Специального отряда быстрого реагирования внутренних войск МВД (СОБР), участвовал в похищении и убийстве бывшего министра внутренних дел Беларуси Юрия Захаренко, экс-главы Центризбиркома Виктора Гончара и его друга, бизнесмена Анатолия Красовского, который поддерживал белорусскую оппозицию.

    Все они пропали в 1999 году. Расследование уголовного дела в отношении исчезнувших политиков много раз приостанавливали и опять возобновляли.

    В конце 2018 года Следственный комитет Беларуси в очередной раз приостановил предварительное расследование по делу об исчезновении Гончара, Красовского и Захаренко, поскольку “лицо, которое подлежит криминальному преследованию, не выявлено”.

    Родственники пропавших считают, что они были похищены по политическим мотивам, и подозревают, что к этим похищениям имеют отношение высшие должностные лица страны.

    В интервью Deutsche Welle Юрий Гаравский рассказал, как попал в спецотряд СОБР и чем там занимался. В его обязанности входило задержание обычных преступников, которые торговали наркотиками в квартирах.

    По словам бывшего силовика, приказ о задержании политиков отдавал создатель СОБРа подполковник Дмитрий Павличенко. Он же, как заявляет Гаравский, и застрелил политиков и бизнесмена.

    Экс-главу МВД Юрия Захаренко отслеживали около двух недель, рассказал Гаравский: “Седьмого мая [1999 года] утром Павличенко уехал и где-то после обеда вернулся и сказал, что надо будет задержать Захаренко и ликвидировать.

    Тогда в первый раз была озвучена фамилия. Мы сели в две машины – BMW 525 красного цвета и Opel Оmega темного цвета – и выдвинулись в район улицы Воронянского (в Минске).

    Мы знали, где Захаренко поставит свою машину и сколько метров ему идти от стоянки до дома”.

    Мужчину задержали, посадили в машину и отвезли на учебную базу внутренних войск, где, по словам Гаравского, Павличенко два раза выстрелил Захаренко в район сердца. Затем тело отвезли на Северное кладбище на окраине Минска и сожгли в крематории.

    На вопрос журналистов, что происходило после убийства и что он лично чувствовал, Гаравский ответил, что все было как обычно, а он лично спал спокойно.

    Похищение и убийство экс-главы Центризбиркома Беларуси Виктора Гончара и бизнесмена Анатолия Красовского произошло 16 сентября 1999 года. По словам Гаравского, Павличенко уже знал, где и в какое время будут люди.

    “Гончар и Красовский вышли из бани, сели в машину. Улица темная, там фонарей нет, людей не было – мы контролировали. И когда пошло движение их машины, мы перекрыли дорогу. Я сделал буквально два шага, разбил стекло и цепью попал в губу и переносицу Гончару. Панков открывает дверь, я этой цепью беру Гончара на задушку, достаю его из машины, кладу на землю”.

    Они приехали на законсервированную военную базу в пяти километрах от Бегомля (Витебская область Беларуси). В перелеске уже были готовы две ямы. Расстреливал мужчин Павличенко. Тела закопали, а их вещи сожгли.

    “Дня через три Павличенко приехал и говорит: “Вот вам, ребята, за Гончара и Красовского”. И дает нам по тысяче долларов”, – рассказал Гаравский. Он говорит, что спросил у Павличенко, за что убивают Гончара, и тот ответил: “У него был 100-процентный компромат для отстранения Лукашенко”. В верхах сказали, что его надо убрать”.

    В убийстве оператора белорусского корпункта ОРТ Дмитрия Завадского, исчезнувшего 7 июля 2000 года, Гаравский не участвовал, но рассказал, что в день пропажи журналиста “его ребята выходили на работу”.

    В 2003 году Юрий Гаравский уволился, подписав бумагу о неразглашении военной тайны, но все это время поддерживал отношения с Павличенко. Он считает, что таким образом тот “присматривал” за ним, так как он единственный из отряда, кто ушел “на гражданку”.

    Гаравский говорит, что готов повторить все рассказанное под присягой и в суде и может показать на карте места убийств Захаренко, Гончара и Красовского.

    По его словам, подтвердить эту информацию могут еще 14 человек: “Те, кто сейчас работают в структурах МВД, и те люди, которых я пофамильно знаю. Не больше 14 человек. Мы сидели, смотрели друг другу в глаза. И никто бы никогда в жизни вот это не рассказал”.

    На вопрос, чувствует ли он себя в безопасности в Европе, бывший силовик ответил, что пока при власти Лукашенко, он не чувствует себя в безопасности вообще. Сейчас он чувствует раскаяние, “есть чувство вины”:

    “Если бы эти люди остались живы, что-то было бы по-другому в Беларуси. Я приношу искренние соболезнования родным и близким, так как я участник убийства. Прошу у них извинения. Могу показать места захоронений на карте. А дальше все зависит от них и от нашей белорусской правоохранительной системы”.

    В комментарии TUT.BY Дмитрий Павличенко, бывший командир СОБРа, назвал эти обвинения бредом. Он утверждает, что Юрий Гаравский не имеет никакого отношения к СОБРу, так как в 1999 году “попал под уголовную ответственность – занимался вымогательством”. “Мы его из своих рядов изгнали, он отсидел три или четыре года. Сел он в 1999 году”, – сказал Павличенко.

    Источник: https://www.currenttime.tv/a/baku-womens-rights-protest/30226342.html

    «Пограничная деятельность США» в Азербайджане и беспорядки в Баку

    Азербайджан мои права

    22 октября 2019
    16:15

    Несанкционированная акция протеста в Баку 19 октября вызвала реакцию Запада, где выразили обеспокоенность насилием со стороны полиции. Так, комиссар Совета Европы по правам человека Дунья Миятович осудила применение силы и призвала власти обеспечить незамедлительное проведение эффективных расследований сообщений о жестоком обращении.

    «Немецкая волна» пишет о том, что ЕС обвиняет власти Азербайджана в чрезмерном применении силы, забывая о том, что оппозиции было выделено место для проведения акции. Официальный представитель Европейской службы внешнеполитической деятельности Майя Кочиянчич напомнила, что свобода собраний является фундаментальным правом человека.

    Министерство иностранных дел Азербайджана в свою очередь отметило, что право группы людей на свободу собраний не может быть обеспечено за счет нарушения прав других групп людей: «Это лучше всех должен знать комиссар Совета Европы по правам человека.

    Рассмотрев обращение группы лиц на проведение митинга 19 октября, исполнительная власть города Баку, основываясь на статье 9 Закона „О свободе собраний“, запрещающей проведение собраний в охранных зонах метрополитена, выделила другое место в городе Баку для проведения этого митинга.

    Лица, обратившиеся по поводу митинга, пытались проникнуть на центральные улицы города, чтобы намеренно создать столкновение, и правоохранительные органы были вынуждены пресечь эту незаконную акцию».

    Как сообщают официальные источники, большинство участников акции были отпущены после предупреждения.

    В свою очередь исполнительный секретарь правящей партии «Ени Азербайджан» Али Ахмедов отметил, что попытка радикальной оппозиции провести незаконную акцию в центре Баку 19 октября еще раз подтвердила, что эти силы управляются извне.

    Что же думают азербайджанские эксперты? Политолог, главный редактор газеты «Народный фронт» Эльчин Мирзабейли в своем коротком комментарии для EADaily заявил, что оппозиционный Национальный совет, который и попытался провести митинг в центре Баку, создан с целью нанесения удара по азербайджанской государственности.

    В свою очередь бывший министр иностранных дел Азербайджана, известный общественно-политический деятель страны Тофик Зульфугаров в интервью EADaily отметил, что внутри властных структур страны происходят определенные процессы: «Достаточно вспомнить выступление президента Азербайджана на совещании с руководителями экономического блока правительства. И это — одна из причин попыток расшатать ситуацию».

    «Есть еще экономические причины. И не стоит сбрасывать со счетов карабахский конфликт. Так что работает совокупность факторов. Российский сопредседатель Минской группы ОБСЕ подтвердил отсутствие конструктивных переговоров. Эта тема внесла определенный вклад в то, что в центре Баку прошла такая акция. Правда, в ее ходе громко не звучали лозунги про Карабах, что было удивительно. Не прозвучали требования к властям в отношении конфликта. И это странно, ведь такая тема привлекла бы большее количество людей», — сказал Зульфугаров.

    — А что вы думаете о достаточно жесткой реакции властей? Понятно, что митинг несанкционированный, но тем не менее…

    Тофик Зульфугаров: Я бы не сказал, что разгон был жестким. Более того, с точки зрения международных стандартов разгон акции был даже недостаточно жестким. Власть всегда отмечала, что без разрешения митинги проводить нельзя. А с разрешения — можно.

    Но ведь разрешили! Оппозиция на стадион не пошла. Но, повторяюсь, особой жесткости при разгоне акции не было, несмотря на кадры. Просто у многих участников акции было желание спровоцировать жесткость. Эта непримиримость проявлялась только тогда, когда снимали происходящее журналисты.

    Все преследовали свою цель, это же видно невооруженным глазом.

    — В прессу просочилась информация о том, что сотрудники посольства США в Азербайджане чуть ли не координировали акцию протеста.

    Тофик Зульфугаров: Конечно, любое посольство в любой стране мира, если работает профессионально, то преследует две цели. Первая — защита интересов своего государства. Вторая — глубокое изучение процессов в стране пребывания. В действиях американцев нет ничего нового.

    Я вам больше скажу: не только американцы грешат такой «пограничной деятельностью». И определить, что она противозаконна, — очень сложно. Где начинается вмешательство, а где право дипломата контактировать с любыми политиками страны? И такой деятельностью занимаются не только американцы, но и страны Евросоюза, Иран, Россия и даже Турция.

    Повторюсь: ничего экстраординарного в этом нет.

    И еще, упреждая ваш вопрос про запись переговоров сотрудника посольства США с представителем оппозиции. Любой дипломат должен быть готов к тому, что его записывают. И записать, кстати, могли не из Азербайджана. Так что и здесь ничего особенного нет.

    В свою очередь директор правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов в беседе с EADaily объяснил причину, по которой оппозиция решила провести несанкционированную акцию в центре города, отказавшись от выделенного стадиона на окраине:

    — На самом деле, здесь все просто. Существуют отработанные технологии проведения массовых мероприятий. Если где-то в людном месте начинается акция, то набирается и толпа зевак, набегают журналисты. И создается хорошая картинка. На окраине такого эффекта не добиться.

    К тому же лозунги у протестующих были не животрепещущие, а старые. Против фальсификации выборов и все такое.

    Этим лозунгам уже больше четверти века, так что человек, обремененный семьей, пусть даже и оппозиционных взглядов, не поедет в Локбатан, где выделили место для митинга.

    Если оппозиция провела бы акцию в указанном властями месте, то пришло бы очень небольшое количество людей, что моментально обыграли бы власти и провластные СМИ.

    А что произошло 19 октября? Пара сотен демонстрантов перекрыли центр города, возникла пробка, водители машин сигналят, стараясь быстрее проехать, но тем самым создавая нужный фон.

    И визуально, с учетом зевак, казалось, что протестующих было довольно много. Повторюсь: это грамотная, давно отработанная тактика.

    — А каковы, на ваш взгляд, могут быть дальнейшие действия оппозиции? Опять несанкционированные акции в центре Баку?

    Эльдар Зейналов: У несанкционированных акций есть свой ресурс, и он ограничен. Один, два раза можно провести. На третий раз уже будет сложнее. Люди уже поймут, что их могут положить лицом на асфальт. На этом все закончится.

    Гораздо более интересный сценарий был описан в 1998 году в статье «Митинговая тактика оппозиции». Ее автор — Фуад Гахраманлы, активист Народного фронта, ныне являющийся антигероем (супруга и дочери обвинили его в семейном насилии. — Ред.).

    Смысл статьи в том, что общественность пресытилась политическими лозунгами о демократии, свободных выборах. А вот социальные лозунги (цены, пенсии и т. д.) соберут гораздо большую аудиторию. Предлагалось и «помочь» в создании социальных проблем. Нарушить движение транспорта, сорвать подачу воды и т. д.

    Но сейчас оппозиция воспользовалась старыми политическими лозунгами.

    — Как вы оцениваете действия полиции в ходе разгона акции? Многим показалось, что правоохранители действовали слишком жестко.

    — Конечно, это был перебор. Хотя спецсредства не применялись, но действия полиции были излишне жесткими. Это неоправданно, пострадали люди, которые в принципе не могли оказать сопротивление. Я думаю, что людей хотели напугать, потому сразу приступили к силовому разгону.

    Мамед Мамедзаде

    Источник: https://eadaily.com/ru/news/2019/10/22/pogranichnaya-deyatelnost-ssha-v-azerbaydzhane-i-besporyadki-v-baku

    Юрист ответит
    Добавить комментарий