Имеет ли право учитель предъявлять информацию о долге при всем классе?

Пенсионный Фонд сообщает

Имеет ли право учитель предъявлять информацию о долге при всем классе?

Управление Пенсионного фонда в Волховском районе (межрайонное) сообщает, что в с 1 января 2020 года устанавливается обязанность работодателя представлять в Пенсионный фонд сведения о трудовой деятельности зарегистрированных лиц (по форме СЗВ-ТД) не позднее 15-го числа месяца, следующего за отчетным месяцем.

Р’РќР�РњРђРќР�Р• –  «РєРѕРґРѕРІРѕРµ слово»

Нередко граждане позвонив в Пенсионный фонд, просят уточнить размер своей пенсии или сумму выплачиваемых им социальных выплат.

Однако специалисты не имеют права разглашать информацию, содержащую персональные данные гражданина.

Ведь человек, представившийся пенсионером, может быть его соседом, знакомым или даже мошенником, в руках у которого оказались чужие документы.

Поэтому за конкретной информацией по своему вопросу гражданину в этом случае нужно было обращаться лично в клиентскую службу Пенсионного фонда, где после предъявления паспорта он получал всю необходимую информацию.

В настоящее время Пенсионный фонд открыл новую возможность для консультирования граждан по телефону, используя данные выплатного дела гражданина.

Для того чтобы у гражданина была возможность получать по телефону конфиденциальную информацию по своему выплатному делу, ему необходимо обратиться в клиентскую службу Пенсионного фонда и заполнить соответствующее заявление, в котором указывать контрольную информацию (кодовое слово).

Р’ дальнейшем, РїСЂРё ответе РЅР° телефонный Р·РІРѕРЅРѕРє, чтобы идентифицировать личность позвонившего, специалист Пенсионного фонда РїРѕРїСЂРѕСЃРёС‚ назвать его Р¤Р�Рћ, данные документа, удостоверяющего личность Рё само «РєРѕРґРѕРІРѕРµ слово». РџСЂРё совпадении всей информации СЃ имеющимися данными РІ выплатном деле, специалист сможет предоставить РїРѕ телефону информацию, содержащую персональные данные гражданина.

Новая форма индивидуального консультирования по телефону с предоставлением пенсионеру информации по материалам его пенсионного дела появилась совсем недавно, поэтому все, кому она интересна, могут обратиться в клиентскую службу ПФР в Волховском районе Ленинградской области (межрайонное). �спользование кодового слова в ряде случаев избавит от необходимости посещать Пенсионный фонд и предоставит возможность получить нужную информацию, просто привычно набрав телефонный номер.

Отвечаем на Ваши вопросы о Ежемесячной денежной выплате

                                                    (ЕДВ).

– РќР° какой СЃСЂРѕРє устанавливается ЕДВ?

ЕДВ назначается по заявлению гражданина со дня обращения за ней на период, в течение которого гражданин относится к категории лиц, имеющих право на ЕДВ.

– Как получатель ЕДВ может перейти РЅР° выплату РїРѕ РґСЂСѓРіРѕР№ категории?

Гражданин может обратиться с заявлением о переводе ЕДВ с одного основания на другое.

В этом случае новая выплата будет установлена с 1-го числа месяца следующего за месяцем обращения за ней.

При этом заявление об отказе от получения НСУ, поданное гражданином ранее продолжает действовать.

С какой даты граждане имеют право на получение набора социальных услуг?

Набор социальных услуг предоставляется гражданину со дня установления ЕДВ в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Главный специалист-эксперт ОН, ПП и СВ Управления ПФР в Волховском районе (межрайонное) В. А. Макарина

Управление Пенсионного фонда РІ Волховском районе (межрайонное) напоминает, что ежемесячную отчетность РїРѕ форме РЎР—Р’-Рњ Р·Р° РЅРѕСЏР±СЂСЊ необходимо представить  РЅРµ позднее 16 декабря 2019Рі. всем страхователям, РІ том числе РЅРµ ведущим финансово-хозяйственную деятельность.  Справки РїРѕ телефонам: (81363) 79116, (81363) 79115

Сервис Личного кабинета на сайте Пенсионного фонда, позволяющий получить электронный сертификат на материнский капитал доступен для молодых мамочек, активно пользующихся возможностями �нтернета. Удаленно без визитов в ПФР можно не только подавать электронное заявление о выдаче сертификата или распоряжении средствами материнского капитала, но и получать сам сертификат как электронный документ

Для оформления электронного сертификата на материнский капитал необходимо подать соответствующее заявление через личный кабинет.

Далее, как и в случае с обычным сертификатом, заявителю необходимо обратиться в Пенсионный фонд.

Сделать это нужно будет только РѕРґРёРЅ раз – чтобы представить документы личного хранения, Рє которым, например, относятся свидетельства Рѕ рождении детей.

Повторно обращаться Р·Р° самим сертификатом РЅРµ потребуется – после вынесения Пенсионным фондом положительного решения Рѕ предоставлении материнского капитала электронный сертификат будет автоматически направлен РІ личный кабинет заявителя. Вместе СЃ сертификатом РІ кабинет будет также направлен электронный документ, содержащий РІСЃРµ необходимые сведения Рѕ сертификате. Эти данные можно просматривать РЅР° экране или распечатать.

Важно отметить, что предъявление сертификата материнского капитала при подаче заявления на распоряжение средствами МСК не требуется, достаточно знать серию и номер сертификата. Поэтому современный цифровой аналог сертификата стал оптимальным для получателей материнского капитала.

Материнский капитал вырастет в 2020 году

В 2020 году материнский (семейный) капитал впервые после заморозки проиндексируют.

  Его СЃСѓРјРјР° увеличится Рё составит 466617рублей (С‡.1 СЃС‚.8 Федерального закона РѕС‚ 2 декабря 2019 Рі.

в„– 380-ФЗ “Рћ федеральном бюджете РЅР° 2020 РіРѕРґ Рё РЅР° плановый период 2021 Рё 2022 РіРѕРґРѕРІ” ).

    Размер оставшейся после перечисления РЅР° основании заявления владельца сертификата Рѕ распоряжении части средств материнского (семейного) капитала пересматривается РїРѕ состоянию РЅР° 1 января 2020РіРѕРґР°.

Об учете сведений о трудовой деятельности

Управление Пенсионного фонда РІ Волховском районе (межрайонное) сообщает, что   Р“осударственной Думой приняты РґРІР° законопроекта, направленные РЅР° ведение учета сведений Рѕ трудовой деятельности граждан РІ электронном РІРёРґРµ: Рћ внесении изменений РІ Федеральный закон «РћР± индивидуальном (персонифицированном) учете РІ системе обязательного пенсионного страхования» Рё РІ РўСЂСѓРґРѕРІРѕР№ кодекс Р РѕСЃСЃРёР№СЃРєРѕР№ Федерации.

         РЎ 1 января 2021 РіРѕРґР° работодателем РЅР° бумажном носителе будет осуществляться ведение трудовых книжек только тех работников, которые РґРѕ 31 декабря 2020 РіРѕРґР° подадут РѕР± этом работодателю письменное заявление.

Работникам, РЅРµ подавшим письменное заявление, работодатель выдает трудовые книжки РЅР° СЂСѓРєРё Рё осуществляет ведение сведений РѕР± РёС… трудовой деятельности РІ электронном РІРёРґРµ. РџСЂРё этом работодатель освобождается РѕС‚ ответственности Р·Р°  хранение трудовых книжек таких работников.

Для этих целей работодатель обязан РґРѕ 30 РёСЋРЅСЏ 2020 РіРѕРґР° уведомить  работников РІ письменной форме РѕР± изменениях трудового законодательства.

Для лиц, впервые поступающих на работу с 1 января 2021 года, работодатель осуществляет ведение сведений о трудовой деятельности только в электронном виде. Трудовая книжка указанным работникам не оформляется.

         РЈСЃС‚анавливается обязанность работодателя  РїСЂРµРґСЃС‚авлять РІ Пенсионный фонд Р Р¤ сведения Рѕ трудовой деятельности зарегистрированных лиц.

Источник: http://kirovsk-reg.ru/pf

8 неоправданных претензий к ФГОС

Имеет ли право учитель предъявлять информацию о долге при всем классе?

С 2009 года образовательную систему России начали будоражить нововведения: в конце года был принят федеральный государственный образовательный стандарт (ФГОС) для начального общего образования, в 2010 году — для основного общего образования, а в 2012 — для полного общего образования.

Родители и учителя: кто «знает лучше»

Прошли не месяцы — годы, а дискуссии по поводу стандарта не утихают: то ФГОС не нравится родителям, дескать, пусть наших детей учат так, как нас учили, нечего тут выдумывать; то учителя высказываются против и ворчат-возмущаются: «не хочу, не буду». А некоторые учителя считают, что просто ничего не надо менять, «советская система была лучшей в мире», «стандартный урок эффективнее», а «это всё игрульки какие-то».

Стандарт, тем не менее, никто не отменял, он обязателен к исполнению и реализации, и обсуждения постепенно заходят в тупик. При этом примирения во взглядах на стандарт и его необходимость не происходит, а между тем вот-вот появятся ФГОС нового поколения.

Не беру на себя роль «проводника», но всё же, лавируя между столь важными для русской интеллигенции вопросами: «кто виноват?» и «что делать?», хочется внести немного рационализма в стихийные дебаты. Конечно, всё это только личное мнение пока ещё молодого педагога, но вдруг и оно чем-то поможет или, по крайней мере, всколыхнет ещё чьи-то мысли.

Чтобы получить представление о сложившейся ситуации, посмотрим на основные жалобы и претензии к ФГОС, неплохую коллекцию которых можно собрать на педагогических форумах и из бесед в учительской.

Претензия № 1. По ФГОСу учатся родители, а не дети

Некоторым родителям кажется, что ФГОС не привносит ничего полезного, зато теперь все домашние задания должны выполнять папы и мамы, поскольку дети уж точно «не смогут сделать такое сами».

Что такое «качество образования»?

Мне кажется, что уважаемые родители допускают здесь ошибку. Родителям не стоит забывать, что нельзя делать домашние задания за ребенка, какими бы сложными или непривычными они вам ни казались.

Результатом этого станет полная несамостоятельность и нежелание ребенка работать вообще.

Задания ведь не просто так придумываются, они определены результатом, которого пытается добиться учитель, и родитель в данном случае мешает и учителю, и собственному ребёнку.

Некоторым кажется, что ребёнок не сможет справиться с необычным заданием просто потому, что они сами никогда не делали такого, учась в школе.

Решить несколько примеров и прочитать текст в учебнике — пожалуйста, а сформулировать цель и задачи будущего проекта ребёнок уж точно не сможет сам, придется делать за него.

Но ведь это только кажется, что презентации и проекты в начальной школе — это невыполнимо: пусть пробуют, а насколько будет здорово, когда получится!

Поверьте в своих детей и не выполняйте их работу — так они смогут добиться даже большего, чем то, о чём мечтали вы.

Посмотрите на проекты, которые выполняют в начальных школах Великобритании, Южной Кореи, Америки, — дети действительно создают что-то новое самостоятельно, разве это плохо? И, как видим, вполне выполнимо. Благодаря введению ФГОС и наша образовательная система начала движение в эту сторону, стоит ли ей мешать?

Претензия № 2. Мы выросли без ФГОС, и ничего

Особо хочется сказать по поводу претензий ряда учителей (да и не только учителей, но и родителей) о «советской системе». Наш мир меняется, и с каждым днём это происходит всё быстрее. Современные первоклассники достигнут расцвета своих профессиональных сил в 2040-х годах. Это время, о котором давным-давно мечтали фантасты.

Лично я даже не могу представить, каким будет мир в 2040 году, а сегодняшним первоклашкам в это время работать. И вы хотите вернуть их к «советской системе»?

Этих детей надо учить учиться, самосовершенствоваться, самостоятельно ставить перед собой цели и самостоятельно искать способы их достижения.

Проще говоря, результатом их учебы в школе должны стать универсальные учебные навыки, которые и определены ФГОС.

Да, в «советской системе» было что-то похожее, и Выготский и Эльконин говорили о чём-то похожем, но зачем нам возвращаться к похожему, если есть современные идеи, развивающие идеи выдающихся педагогов прошлого?

Претензия № 3. ФГОС — это «игрульки»

Прекратите предъявлять детям неадекватные требования

Об «игрульках», играх, развлечении на уроке и в процессе урока — отдельный разговор.

Родителям, которые помнят своё обучение в школе, часто кажется, что дети, не пересказывающие содержание учебника, не отвечающие «связным ответом» у доски, не трясущиеся в пугающем ожидании, кого же сегодня вызовут отвечать, заняты несерьёзным делом, не учатся, а развлекаются, не готовятся к экзаменам, а балуются.

Зачем нужны компьютерные презентации, творческие проекты, работа в группах и дискуссии, если нужно просто выучить параграф и решить пять задач?

Учёба, по их мнению, должна быть тяжелым трудом, а не игрой.

А ведь это серьёзное заблуждение, от которого лучше сразу избавиться. Отказ от этих самых «игрулек» ведёт нас к механической зубрежке, постоянному стрессу, к самому страшному «врагу» обучения — к скуке!

Никто не отрицает важность фундаментальных знаний, никто не отрицает важности изучения формул и правил. И не каждый урок должен состоять только из развлечений. Но учёба должна быть интересной и, да, весёлой тоже. Сегодня это особенно важно.

У современного ребенка столько удивительных развлечений: 3D-фильмы, компьютерные игры с потрясающей графикой и увлекательным сюжетом, веселые блогеры с Ютуба и прочее.

А мы будем заставлять их зубрить формулы, пересказывать параграфы? Не лучше ли сделать обучение в школе конкурентным этим развлечениям, таким, чтобы дети шли в школу не через силу? Да и стоит ли вообще зубрить формулы, если гораздо интереснее разобраться в том, как они работают и как можно вывести нужную самостоятельно — такой навык действительно пригодится. Да и параграф для школьного учебника можно записать командой и защитить его — чем не проект? А чем не подготовка к реальной жизни?

Претензия № 4. ФГОС даёт детям слишком много свободы

Тупик педагогики сотрудничества

Учителей же (особенно той самой «старой» школы) смущают заложенные в стандарт элементы даже не игры, а определённой свободы, свободных формулировок выражения настроения (ребёнок вполне может сказать, что сегодня он в плохом настроении и не хочет делать это упражнение — придется придумать другое занятие), самооценки (ученик может отметить, что сегодня работал гораздо активнее, чем на прошлом уроке, и считает, что может получить «5»): как это возможно?

Ещё как возможно! Просто учителю надо вспомнить, что всё меняется, перестать «быть главным», признать, что сегодня он — не источник информации, а помощник, советчик.

А ребёнок — личность, и технологии ФГОС позволяют эту личность формировать не только на словах.

Учителям пора перестать бояться меняться, ведь «в деле обучения и воспитания, во всем школьном деле ничего нельзя улучшить, минуя голову учителя» (К.Д. Ушинский)

Претензия № 5. Для ФГОС нет условий

Эти претензии уже только от учителей. Школы не обеспечены материальной базой: нет денег даже на проекторы, не говоря уже о специализированных классах и мастерских, наличие которых обязательно для полной реализации ФГОС. Учебные материалы и методическая база до сих пор не проработаны.

«Заплатим рубль, но спой на тысячу»: монолог учителя без прикрас

Подобные претензии можно перечислять очень долго. И стоит отметить, что большая часть из них действительно оправданна. Как и всегда, реализация большого проекта упирается в финансовые вопросы, а в нашей большой стране это особенно заметно.

В некоторых школах России ставят электронные турникеты на входе, интерактивные доски в каждом классе и закупают ноутбуки для каждого ученика, а в некоторых искренне радуются новой мебели или свежему линолеуму.

Но ведь это не проблемы ФГОС, это проблемы совсем иного уровня.

Если мы будем честными, то придётся признать, что для выполнения большей части требований ФГОС материально-техническая база не так уж и нужна.

Разве мы не можем сформировать «ответственное отношения к учению, готовность и способность обучающихся к саморазвитию и самообразованию» без проекторов? Разве для формирования «умения самостоятельно определять цели своего обучения, ставить и формулировать для себя новые задачи в учёбе и познавательной деятельности» обязательно нужна интерактивная доска? А уж «умение самостоятельно планировать пути достижения целей, в том числе альтернативные» дети покажут даже лучше, если вдруг на всех не хватит учебников. В конечном итоге, ФГОС — это не что-то уникальное и новое для педагогики, в ней, как и тысячу лет назад, самым важным элементом остается учитель и его взаимодействие с учеником.

Претензия № 6. Нет методической базы для ФГОС

Никто не показал, как вообще надо реализовывать новые стандарты. У учителя две ставки и ему просто некогда думать над индивидуальным подходом к каждому ученику. В классах слишком много детей, а в школах слишком много классов и работать приходится в две, а то и три смены.

Зачем министерству надуманные проблемы?

Жалобы, касающиеся самого стандарта, заключаются в том, что нет методической базы, готовых программ и примера, которому нужно следовать.

Но так ли это плохо? Стандарт даёт нам только ожидаемый результат, а уж как именно его достичь — решать нам. Самостоятельно.

Как тем самым детям из начальной школы, которые именно этому и учатся, получая в качестве домашнего задания «невыполнимый» (только на первый взгляд) проект.

Конечно, есть обязательная часть образовательной программы, но оставшиеся 30% формируются участниками образовательного процесса. И конкретные технологии нам никто не навязывает, и традиционные технологии (классно-урочную систему) тоже никто не отменяет. Всё зависит от самого учителя, его желания и готовности самостоятельно выполнять «домашнее задание».

Претензия № 7. У учителей нет времени на ФГОС

И вот здесь возникает самая большая, на мой взгляд, проблема: многие учителя не готовы работать по ФГОС, перестраиваться и самостоятельно двигаться вперед. И не потому, что просто не хотят, чаще всего не могут. Не могут, потому что слова о перегруженности учителя — это не чья-то фантазия, а, к сожалению, факт.

Перегружены все по-разному: у кого-то очень много часов, поскольку не хватает учителей, а у кого-то очень много классов, поскольку на предмет отведён только час в неделю.

У учителя просто нет времени на то, чтобы каждый урок соответствовал ФГОС; нет времени на творческие поиски, апробацию новых технологий и реализацию индивидуального подхода. Конечно, это не проблема собственно стандарта, но очень большой минус нашей системы образования. И именно из-за этого минуса некоторые учителя даже не пытаются разобраться в ФГОС.

Ещё пару десятилетий назад журналист и теоретик педагогики С. Соловейчик писал: «Когда слышишь про учителя, у которого 28–30 часов в неделю, содрогаешься. Не хотел бы я быть на его месте. Всем хорошо знакомо ожидание звонка за партой, но как подчас ждет последнего урока человек, навечно вызванный к доске!»

А сегодня нетрудно найти учителя, который берёт и больше часов, чтобы выжить.

Претензия № 8. ФГОС — это утопия

Следующая претензия очень проста: ФГОС — это просто красивые слова, утопический проект, который никогда не будет работать.

На первый взгляд, это абсолютно справедливая претензия. Стандарт действительно очень красиво написан и, прочитав его полностью, невольно задумываешься: возможно ли это вообще реализовать? Связан ли он с реальной жизнью?

А потом вспоминаешь, что он уже работает. И даже приносит интересные результаты. Не везде, конечно. Но не везде и взялись за полную реализацию, вот что важно!

Комплекс жертвы как диагноз российского учителя

Когда сегодня я предлагаю шумному, активному, «пацанскому» классу, который абсолютно уверен в том, что искусство — это самое бесполезное в их жизни явление, самим стать «кураторами» воображаемой выставки, дети сами же с удивлением замечают, что в классе вдруг стало тихо и все работают.

А я с удовольствием отмечаю, что «хулиганы» и «двоечники» усердно планируют «концепцию» своего музея, хотя пять минут назад не знали такого слова и в музее были раз в жизни. Что они всерьез решают, какая музыка должна звучать рядом с работой Кандинского, и какая скульптура обязательно должна стать следующей в маршруте посетителя.

Что самое приятное, они действительно запомнят и Кандинского, и музыку, и задумаются над тем, зачем нужны музеи и выставки. И не надо учить никаких параграфов.

Зачем мне, в стремлении реализовать «региональный компонент», показывать фотографии памятников нашего города и заставлять учить их названия, если это можно превратить в увлекательный групповой проект, который позволит детям добиться лучших результатов в гораздо более интересной форме?

Тогда они самостоятельно пройдутся по улицам города, найдут нужные памятники, ориентируясь на мои подсказки и точно запомнят, где и что находится. Посмотрят на произведения искусства без посредников и увидят гораздо больше, чем на не очень качественных фотографиях, показанных в душном классе.

А я заодно захвачу тему «Фотография как вид искусства» и каждый попробует себя в роли фотохудожника, запечатлев себя и товарищей рядом с самыми важными памятниками города, не забыв о композиции и колорите снимка. А потом мы все вместе оценим результат, посмеёмся над неудачными дублями и просто получим удовольствие.

Конечно, всё это потребует очень большой подготовки с моей стороны, но результат того стоит.

И именно такие результаты показывают лично мне, что ФГОС — это не только красивые слова, но и вполне перспективное явление в нашей системе образования. Просто любому большому проекту нужно время, чтобы раскрыться полностью, а такому огромному проекту, как новый федеральный государственный образовательный стандарт, нужно много времени.

Мы ведь пока не увидели ни одного выпускника, который прошёл все ступени обучения в соответствии с ФГОС, — как можно уже сейчас судить о результатах и заявлять, что проект не работает? Ясно одно: если мы не будем хотя бы пытаться его реализовать, то он действительно никогда не будет работать. Почему бы просто не попробовать, раз уж многим из нас кажется, что картина, которую рисует ФГОС, идеальна? А вдруг получится?

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: https://newtonew.com/school/8-sins-of-fgos

Читательница Onliner.by Александра Ковтун: неудобные для школы дети и их родители

Имеет ли право учитель предъявлять информацию о долге при всем классе?

Александра Ковтун — родилась в Луганской области, 4 года прожила в Киеве, в этом году переехала в Минск в связи с рабочей необходимостью. По образованию — менеджер-экономист, руководит подразделением международной исследовательской компании, растит сына.

В этом году мы с сыном переехали из Киева в Минск.

Ребенок пошел во второй класс в одну из столичных школ, за плечами у него был целый год обучения на украинском языке в Киеве, поэтому нам предстояла плотная работа по адаптации ребенка к русскоязычной среде и дополнительный бонус в виде изучения белорусского языка.

К тому же сам по себе переезд в другую страну стал достаточно большим стрессом. Мне кажется, именно такая нестандартная ситуация проверяет систему образования на прочность, выявляя ее наиболее болезненные недостатки.

Активную подготовку к учебе по-новому мы начали с лета, усердно штудировали русский язык, переучиваясь читать, писать и говорить. Я искренне надеялась на поддержку педагогов, но вместо этого в моей жизни начался удивительный период, в реальность которого иногда верится с трудом.

Я попробую рассказать о своих «приключениях» вкратце, возможно, немного сбивчиво, потому как эмоции, признаюсь честно, порой зашкаливают до сих пор.

Познакомившись с классным руководителем, я сразу попросила помощи в адаптации сына, поделилась опасениями, что пережить резкие перемены в жизни нелегко взрослому человеку, не то что восьмилетнему ребенку. Возможно, нужна помощь психолога? Учитель уверенно сказала, что никаких проблем у нее с детьми никогда не бывает и психолог ребенку не нужен…

Но все оказалось не так гладко. На третий учебный день у сына в школе произошло нервное расстройство. Учитель позвонила и срывающимся голосом попросила забрать его из школы, потому что он плачет и мешает ей вести урок. И вообще — она призналась, что не знает, что ей делать. По сути, педагог сдалась сразу, как возникла проблемная ситуация.

И с этого момента мы с ребенком стали проблемными и неудобными для школы. Все дальнейшие попытки коммуницировать с классным руководителем напоминали мне сюрреалистический театр абсурда. Возникало ощущение, что педагоги закрыли глаза на происходящее и заняли оборонительную позицию.

Как вы думаете, кто, с точки зрения учителей, остался виноват в том, что возникают проблемы? Конечно же, восьмилетний ребенок, «отъявленный манипулятор» с «проблемами в воспитании» и «слабый в обучении».

Думаю, что дальнейшая стратегия взаимодействия будет уже знакома некоторым родителям.

Беседы с завучем сводились к отрицанию каких-либо проблем как таковых. Меня даже решили обвинить во лжи, заявляя, что мой ребенок не мог быть украиноязычным, ведь он… достаточно неплохо говорит на русском! Мне не верили, что я предварительно обращалась к школьному психологу и учителю за помощью и что помощь не была оказана.

Меня постарались представить в негативном свете — как родителя, который просто любит жаловаться. Вся информация, которая озвучивалась во время диалогов с персоналом школы, перекручивалась и извращалась.

Мне пришлось даже начать использовать записывающие устройства, чтобы иметь доказательную базу в случае очередного подтасовывания фактов.

«Вы просто не хотите заниматься ребенком!» — слышала я отовсюду. Все мои попытки получить помощь или хотя бы добиться того, чтобы на ребенка не давили, сводились к одному. Подчиняйся системе или уходи.

Слушая все это, я ощущала, что вернулась во времена своей учебы, на 20 лет назад. Учитель всегда прав, ребенок и родитель — всегда нет. Либо ты подчиняешься системе, либо становишься проблемным для школы субъектом.

Годы идут, мир меняется квантовыми скачками, происходит смена поколений, а развитие образовательных систем движется как улитка.

Только через 1,5 месяца после случившегося я наконец-то получила характеристику ребенка от школьного психолога, в которой было обозначено, что адаптация у моего сына прошла успешно (этот вывод был сделан на основании того, что он уже отвечал учителю, когда ему задавали вопросы), но ребенка нужно отправить на консультацию к психиатру, так как у него масса проблем c развитием, обучением и поведением. Также я прочла множество рекомендаций для мамы, но ни слова о том, что сделано и планируется сделать со стороны школы, чтобы исправить ситуацию. В этот момент я ощутила всю силу системы. И безысходность ситуации. Школе проще доказать невменяемость ученика и его родителей, чем признать, что возникли упущения, и попытаться помочь ученику.

С успеваемостью у сына действительно было не все так хорошо, он путался в языках, допускал много ошибок. Скорость чтения снизилась, появились осложнения с речью. Несмотря на дополнительный факультатив по белорусскому языку и ежедневные дополнительные занятиям дома, оперативно дотянуть до требуемого учителем уровня ребенок не мог.

Тетради пестрели обидными замечаниями: «Что это за работа?!», «Весьма дурно выполнено!», «Это невозможно проверять». На родительских собраниях учитель стыдила меня и родителей, дети которых плохо пишут, а также критиковала правильность ответов наших детей на тестирования и вопросы (да-да, во втором классе детям уже дают тесты).

Родителям выдвигались требования контролировать полностью все выполнение домашней работы, по мнению учителя, дети категорически не должны приходить в школу с неправильно выполненным домашним заданием. По сути — нести ответственность за учебу учили родителей, а не детей.

«Если ученик плохо подготовился и получил двойку, виновата мама», — это цитата педагога.

К сожалению, найти общий язык со школой так и не удалось. Попытка сменить класс потерпела фиаско. Учитель, к которому ребенка должны были перевести, первым делом начала меня уговаривать этого не делать, потому что мой ребенок понизит ей рейтинг, а ее будут ругать за детей, которые получают плохие оценки.

«Мы с вами, к сожалению, живем не в Европе, чтобы образование было таким, каким вам хочется. Если вам не нравится, вас тут никто не держит. Это не частная школа, чтобы вы могли тут выбирать учителей». На этом финальном диалоге со школой я остановилась.

Да, мы, наверное, не в той Европе, которую вспоминают учителя. Европейские и американские школы кардинально отличаются от школ постсоветского пространства.

Множество эмигрантов делятся опытом посещения детьми школ, с восторгом рассказывая, насколько отличается подход к обучению, насколько тонко слышат детей и адаптируют атмосферу для их наиболее комфортного развития.

Что мешает здесь выстраивать систему по-другому? Дело в зарплатах, на которые постоянно жалуются педагоги? Или дело в нежелании меняться, потому что это трудно? Можем ли мы, вот такие вот неудобные родители, что-то изменить или единственный выход в такой ситуации — забирать детей на домашнее обучение?

Источник: https://people.onliner.by/opinions/2017/12/14/mnenie-829

Доносчик или ребенок в беде? Что делать родителям, если их дети ябедничают

Имеет ли право учитель предъявлять информацию о долге при всем классе?

Раньше ябеды зачастую становились изгоями. Но последнее время дети все чаще жалуются взрослым на свои проблемы с ровесниками. Что же делать родителям в таких случаях?

Иллюстрация: Марина Савицкая

Вот такое письмо пришло по почте недавно.

Пишет читательница Арина из Украины:

«…появился вопрос по взаимодействию с детьми. А именно — о том, как быть мне и ребенку, если он склонен ябедничать.Мой сын всегда предпочитает привлекать взрослых к решению конфликтов с детьми. Например, мы гуляем с подругой и детьми, у нас сыновья ровесники.

Сын подруги — парень активный и веселый, хулиган, в хорошем смысле этого слова.И он в шутку может сказать сыну какую-то глупость. Сын обижается. И вместо того, чтобы отшутиться в ответ или попросить прекратить, или еще как-нибудь решить конфликт напрямую с приятелем, сын бежит жаловаться его маме и мне.

Я всегда прошу его самого решать такие вопросы: объяснить “мне не нравится, не делай так, пожалуйста” или сказать “сам дурак”, или, на худой конец, “прекрати, а то стукну”. Но он не хочет решать такие вопросы сам.Написать вам меня сподвигла история, которая произошла вчера.

Детей попросили принести в класс сменную обувь. У нас сейчас все еще 25 градусов тепла, в классе жарковато.

Я дала сыну с собой легкие тканевые туфли на липучке (он ходил в подобных в сад 3 года подряд). Они объективно выглядели нормально, не были девчачьими, и вообще он сам их выбрал. Но оказалось, что всем остальным ребятам в классе дали с собой кроссовки, кеды и кожаные туфли. То есть более “крутую” обувь.

Поэтому один мальчик начал смеяться над обувью моего сына. Сын пошел жаловаться учительнице, учительница отчитала мальчика. И сын рассказал мне эту историю и сказал, что он больше в этих туфлях не пойдет. И я дала ему с собой другую “нормальную” обувь.

Простая история, но в ней мне непонятно, как относиться к тому, что ребенок ябедничает.

Я думаю, что дети не любят ябед, и решать вопрос напрямую с обидчиком более правильно с точки зрения уважения окружающих. Вместе с тем решать самому, вероятно, менее эффективно.

Подскажите, пожалуйста, как относиться к “доносам”, если для меня главная ценность школы — это отношения в коллективе?Насколько вероятно, что ябеда интегрируется в коллектив и над ним не станут смеяться еще больше?

Или как убедить ребенка, что такие небольшие проблемы он может и должен решать сам?»

Арина в своем письме также упомянула, что в моем многолетнем блоге про тему ябедничества, кажется, никогда ничего не было. Я повспоминала и поняла, что читательница, по всей видимости, права: действительно, никогда и ничего.

Почему же так? Ведь тема-то важная и наверняка так или иначе, в том или ином периоде развития ребенка волнует многих родителей, а сформировать и проговорить свое отношение к проблеме приходится и вовсе практически всем родителям, даже если их ребенок никогда не ябедничает.

Благодаря Арине я задумалась над этим вопросом и поняла, что причина моего «неписания», по всей видимости, очень проста: далеко не все в этой теме ясно для меня самой. Поэтому предлагаю: давайте сегодня попробуем разобраться вместе.

Полвека назад я росла в мире, где семейное и общественное отношение к доносам и ябедам было вполне однозначным.

Моя бабушка по этому поводу всегда говорила нечто по ощущению средневековое: «Доносчику — первый кнут!» Выражение ее лица при этом было таким сложным, что все было ясно.

Лишь много лет спустя я узнала, что приблизительным истоком этой народной пословицы было российское Соборное уложение XVII века.

Здесь надо понимать, какую эпоху только что пережили все взрослые люди, окружавшие мое взросление.

Моего собственного дедушку арестовывали два раза, оба раза по доносам: один раз в 1934-м (разобрались и выпустили), второй раз перед самой войной (он был видным геологоразведчиком — через два месяца опять выпустили и услали в долгую экспедицию).

После войны его уже не трогали — возможно, лишь потому, что в войну он горел в танке и остался неходячим инвалидом первой группы, хотя и продолжал удаленно работать в бухгалтерии родной геологоразведки. Так что отношение бабушки и ее сверстников к доносам, пусть даже к детским, никакого удивления не вызывало и не вызывает, не так ли?

Я и мои сверстники принимали все это как данность, хотя наша молоденькая первая учительница усиленно пыталась насаждать доносы. Уходя куда-нибудь из класса, она прямо говорила: вот ты и ты будете следить, чтобы детки вели себя хорошо, а кто будет баловаться, тех запишете и потом мне скажете.

Надо сказать, что особого успеха ее тактика не имела, и, возвращаясь, она неизменно слышала от назначенных:

— Все дети вели себя хорошо!

Уважение коллектива казалось потенциальным ябедам важнее.

Однако потихоньку и не на глазах у всех некоторые девочки у нас в классе той же учительнице «стучали», нам это было доподлинно известно и всегда вызывало презрение.

Как ни странно, в этом вопросе у нас существовал половой диморфизм. Если ябедничала девочка, говорили: дура-ябеда! Если мальчик, градус презрения был выше и говорили: подлец! В результате мальчики ябедничали намного реже девочек.

По мере нашего взросления тема вообще закрылась, так как «неуставные» контакты между миром взрослеющих детей и миром взрослых практически стремились к нулю. Все свои проблемы и конфликты мы решали сами, вмешивать в это взрослых казалось просто странным.

Изменилось ли что-то в этой области теперь, по прошествии всех этих лет?

Разумеется, да, и, на мой личный взгляд, изменения очень большие.

Сейчас я попробую для начала просто перечислить все факторы, которые, по-моему, «сыграли» на этом поле.

  1. Родители в целом стали уделять намного больше времени и внимания взрослению собственных детей, а также их социальным проблемам и психоэмоциональному состоянию.
  2. Сгладилась, в какой-то степени ушла в прошлое общественная травма, связанная с политическими репрессиями 30-х и 50-х годов.
  3. Со времен перестройки так или иначе нарастает европеизация значительной части российского общества (по крайней мере городского). В общем потоке перенимаемого — идеи личной ответственности за происходящее вокруг: если ты видишь какой-нибудь непорядок — не игнорируй, но и не бросайся сам махать кулаками, а немедленно позвони или сообщи в соответствующую инстанцию. Они обязаны разобраться.

Как последний пункт касается нашей темы? Да очень просто и прямо. Он фактически диктует: если твоего ребенка обидели в школе и он тебе об этом рассказал, не советуй ему промолчать, «попробовать договориться» или «дать в морду» обидчику, сразу иди к учительнице, к директору или в районо.

Добавьте сюда интернет-возможности, которые на порядок упростили коммуникацию всех со всеми.

Буквально вчера был пример, который меня поразил.

Мальчик-пятиклассник на переменке словесно оскорбил одноклассницу.

Вечером того же дня девочка как-то раздобыла электронный адрес и прислала матери мальчика на телефон подробную письменную претензию с требованием разобраться и принять меры, оформленную так литературно и структурно грамотно (мать мальчика мне ее на приеме вслух зачитала), что хоть сейчас без всякой правки подавай заявление куда угодно. Вполне допускаю, что девочке помогали с оформлением ее родители, но совершенно не удивлюсь, если девочка проделала все это сама.

Мир изменился. Но условное «подсознание» нашего постсоветского общества по-прежнему требует осуждать тех детей, кто в любой форме ябедничает и доносит, и решать большинство текущих социальных проблем самому или уж с помощью друзей.

Однако новые ценности вроде бы требуют привлекать всех: родителей, учителей, «инстанции», общество в целом (см. несколько недавних шумных интернет-кампаний по поводу «ребенка оскорбили в школе»).

А как же в этих обстоятельствах вести себя конкретным родителям? Если их собственный ребенок ябеда? Или если он, наоборот, рассказывает о ябеде-однокласснике и запрашивает отношение к этому явлению своего родителя?

Мое мнение на сегодняшний день такое.

  1. Родителю следует самому определиться. Если сообщать обо всех школьных нарушениях и обидах учителю кажется вам вполне приемлемым и современным — ок. Если вы не хотите знать о происходящем, как не знали о вашей школьной жизни ваши родители и прародители, тоже ок. 
  2. Далее вы в понятной ребенку форме сообщаете ему свое отношение, уточняя, что это отношение именно ваше личное. Вот такой ему достался родитель, который именно так к этому относится. На конкретном текущем примере это будет проделано или теоретически — тут без разницы, главное, чтоб было понятно и не допускало разночтений. Ребенку обязательно нужно знать отношение к вопросу значимых взрослых, а также к чему готовиться ему самому и на что он здесь может рассчитывать: на «доносчику первый кнут» или на то, что если тебя кто-то обидел, то мама всегда выслушает, поддержит, а потом пойдет и разберется с обидчиком.
  3. Если ваше отношение к проблеме дифференцированное, то следует четко и понятно (для ребенка понятно) вслух дифференцировать. Например, если то, что ты видишь или о чем узнала, угрожает жизни и здоровью человека или людей, может привести к травмам или разрушениям, надо немедленно сообщить всем, кто может помочь и предотвратить: учителям, родителям, первому встречному милиционеру. Это я считаю долгом каждого порядочного и ответственного человека. Если речь идет о школьных девчачьих разборках, не сопровождающихся прямым членовредительством, я не люблю ябед, не хочу ничего об этом знать, разбирайся сама и на меня не рассчитывай.

Здесь, конечно, надо понимать (и я понимаю), что любое дифференцирование условно.

Например: приятели и приятельницы девочки-подростка тайком собрались в городской поход — идти на весь день исследовать опасную многоэтажную «заброшку», а девочку с собой не взяли, потому что она трусиха и с ней много возни. Девочка обиделась и настучала на них учительнице, а та позвонила родителям, поход подростков сорвался, и в результате их пропесочили и наказали все, кому не лень.

Была ли угроза жизни и здоровью подростков в этом походе? В общем-то, была. Было ли поведение девочки ябедничеством из ее личной обиды и в конечном счете «девчачьими разборками»? Да, было.

В общем, вопросов здесь явно больше, чем ответов.

Я призываю всех заинтересованных читателей высказаться по теме, может быть, из палитры разных мнений родится какая-нибудь общая современная картина. Мне самой интересно.

Спасибо Арине за поднятую тему.

Источник: https://snob.ru/entry/183513/

Юрист ответит
Добавить комментарий